Сентябрь 30, 2015

Логопед отвечает

Киселёва Е.В.,

логопед-дефектолог высшей категории,

дефектолог, логопед ДЦ «Гармония»

Стихи про Машу и кашу извест­ны не одному поколению родителей. Нынешним ба­бушкам и дедушкам лет сорок назад их читали вслух. При этом никто не удивлялся и тем более не пугался: история про девочку с «кашей во рту» и детям, и взрос­лым казалась забавной.

Живет на свете Маша,

Во рту у Маши каша

Не манка, не овсянка

На сладком молоке!

Живут во рту у Маши

Слова простые наши,

Слова простые наши

   На русском языке…

 

Ни автор, ни читатели (даже если среди них были детские врачи)  не подозревали, что «каша во рту» — не повод для веселья, а признак неврологического за­болевания.

Вот как выглядит эта ситуация с точки зрения со­временной медицины.  За работу речевого аппарата отвечают определенные структуры центральной нервной системы.       Речевые нарушения у детей свиде­тельствуют о неврологической патологии, которая может быть результатом, например, родовой травмы. А «каша во рту» называется дизартрией, в основе кото­рой лежит поражение стволовой части мозга. Девочку Машу надо было бы хорошенько обследовать и соот­ветствующим образом пролечить. Однако в середине прошлого века не было ни точных медицинских при­боров, позволяющих поставить верный диагноз, ни раз­работанных схем лечения. Сейчас все это есть, но, к со­жалению, не хватает информации о возможностях дет­ской неврологии — в этой области два десятка лет назад произошла революция. Поэтому большинство родите­лей по-прежнему умиляются «каше во рту» у любимо­го трехлетнего чада, а когда ребенку исполняется лет 5-6 и его начинают дразнить сверстники, семья обра­щается за помощью к логопеду.

 

Расскажите, пожалуйста, о школьных про­блемах, с которыми обычно обращаются к логопеду

—Главные беды школьников — дисграфия, рас­стройство письма, и дислексия — расстройство чтения. Откуда берутся ошибки на письме? Правила ребенок знает, но при говорении может не различать разные звуки: «л» и «в», «с» и «ш». Если ребенок сам эти звуки не произносит, то он их и не слышит и говорит что-то такое средненькое: ни «с», ни «ш». Поэтому сегодня он сделает ошибку в слове, содержащем эти буквы, а завт­ра, возможно, нет. Пишет такой ребенок диктант, и у него все время уходит на выбор между «с» и «ш», ему некогда думать о правописании других слов. Если из диктанта исключить слова, содержащие эти звуки, он может написать его на «отлично». Но разве вправе обычный школьный учитель на такое пойти?

Дисграфикам труднее всего дается переход из на­чальной школы в среднюю. И это понятно: в началь­ной школе учительница еще готова входить в пробле­мы таких детей, а учителям-предметникам совсем не до того. Пока ребенок учится в начальной школе, его можно и вылечить, и подтянуть логопедически. Одна­ко родители не всегда готовы прислушиваться к моим советам. А если идут к врачу, то нередко отказываются давать ребенку назначенные препараты, несерьезно относятся к лечению. Им кажется, что лекарства черес­чур сильные, а речевые проблемы слишком незначи­тельны.

 

-Но ведь известны случаи, когда занятия с логопедом приводят к успеху без всякого дополнительного лечения.

— У меня в год бывает приблизительно пятьдесят учеников – больше логопед физически взять не может. Я знаю совершенно точно: если ребенок нездоров, у него обязательно будут проблемы с русским языком. Порой я работаю как своеобразный массажист, тренирую мышцы рта, гортани. Если вызывать прилив крови к этим мышцам, в конце концов откликается и мозг. При условии, что поражения не очень серьезные, да еще и физкультурой ребенок занимается в детском саду или в секции, мышцы потихоньку восстанавливаются, и логопедические занятия ведут к успеху. Но даже в этом случае рассчитывать на «пятерку» по русскому языку нельзя: хорошо ребенок себя чувствует — он нормально напишет, плохо — получит «двойку». Если невро­логическое заболевание есть и в раннем возрасте его не лечили, проблема будет пожизненной.

Моя профессиональная мечта — всегда работать в паре с грамотным неврологом, сообща искать подходы к лечению. Врач мог бы отслеживать через результаты моей деятельности, что происходит с ребенком, коррек­тировать лечение. Необходимы, на мой взгляд, меди­ко-педагогические центры, где бы сотрудничали вра­чи, педагоги и дефектологи разных направлений. Все эти специалисты должны вместе отвечать за результат.

Для работы с дисграфией и дислексией логопеду дается три года — срок обучения в начальной школе. К пятому классу ребенок должен иметь «четверку» по русскому языку. Если результат хуже, считают: лого­пед плохо работал. Но у детей с неврологическими про­блемами, даже если логопед каким-то чудом вытянет начальную школу, йотом все равно начнет распадаться речь. Если болезнь не лечить, она сама по себе никуда не денется! В моей практике был пример крайне печаль­ный. Хочу рассказать об этом случае, чтобы предупре­дить еще раз: речевые проблемы — это серьезно!

 

— В каком возрасте обращаться к логопеду?

Время обращения за консультацией к логопеду очень индивидуально. Правильное произношение звуков формируется постепенно. И малышам 2 – 4 лет присуща так называемая возрастная косноязычность. У подавляющего большинства детей процесс овладения звуками заканчивается к 5 годам. На этот возраст и нужно ориентироваться. Если же вашему ребенку 4 года, но его речь понятна только вам и практически не воспринимается другими (причиной могут быть многочисленные замены, извращение и отсутствие звуков), не стоит ждать еще год – обратитесь к специалисту. Вообще нужно обращать внимание на связную речь 2,5 – 3 летнего ребенка: если он еще не говорит простыми фразами, заменяет целые предложения словами или словосочетаниями, не откладывайте визит к логопеду. И, конечно, если ребенок в 5 лет не выговаривает хоть один – два звука, ему необходима квалифицированная помощь.

Часто родители обращают внимание на погрешности речи своего ребенка непосредственно перед его поступлением в школу, и в этом случае они создают дополнительные проблемы и ему, и себе.

Достаточно типичной есть и такая ситуация: родители замечают, что их ребенок не выговаривает те или иные звуки и стараются самостоятельно устранить эти недостатки. И часто наносят ущерб. От чего здесь прежде всего стоит уберечь родителей?

Поскольку родители не обладают постановкой техники звука, единственное, что они могут предложить сыну иди дочери, — это подражательный способ: «Послушай и повтори за мной» Стараясь угодить маме,

Тем не менее переучивать потом будет значительно сложнее. Кроме того, акцентируя внимание малыша на том, что он говорит неправильно, но при этом не предоставляя ему квалифицированной помощи, взрослые рискуют вызвать у ребенка чувство собственной неполноценности. Он начинает стесняться своей речи, избегая слов с трудными для него звуками и, в конце концов, становится менее контактным или даже замкнутым.

 

-Дети, с которыми я работаю, имеют проблемы со зрением. Поэтому возникает вопрос: зависят ли нарушения речи от остроты зрения?

Конечно, не стоит говорить о прямой зависимости нарушений в речи от остроты зрения. Недостатки речи у зрячих детей и детей с дефектами зрения не являются какими-то специфическими. Но нельзя забывать о том, что наличие зрительного дефекта (как правило, врожденного) ставит слабовидящего ребенка в неодинаковые условия с видящими. Ведь речевые нарушения могут усиливаться под влиянием зрительного дефекта.  Если дефекты зрения существуют параллельно с нарушением речи, они зачастую ужесточают влияние ведущих факторов недоразвитости речевых навыков.

Большинству детей с нарушением зрения присущи грубые фонетико – фонематические нарушения, несформированность процессов фонематического анализа и синтеза. Часто встречаются значительные нарушения связной речи. Такие дети имеют бедный словарный запас. Они не умеют оперировать известными им словами (не активизированный словарный запас) в связи с недостаточным уровнем сформированности представлений о том, что они означают…

 

 -Родителей часто интересует, как быстро ребенок может научиться правильно говорить?

 Сразу хотела бы отметить, что работа над звукопроизношением очень сложная и требует нескольких этапов. Сначала подготовительного, когда формируется артикуляционный аппарат языка, которым говорит ребенок. То есть, например, отрабатывается определенное расположение языка во рту. Этот период может быть продолжительным. И вообще, время постановки звука зависит от индивидуальных особенностей ребенка и может длиться от месяца до полугода.

Обычно логопед уже после первого обследования может сказать, сколько нужно провести занятий с ребенком. А если выявляются органические нарушения, тогда процесс их устранения будет более длительным.  В любом случае родителям необходимо запастись терпением, не ждать быстрых результатов и обязательно довести курс коррекции произношения у ребенка до конца.

Как свидетельствует практика, у многих етей дефекты произношения по различным причинам остаются неисправленными, даже в школе. Со временем это приводит к тому, что дети не в состоянии освоить правильное написание слов (речь идет о так называемой «дисграфии»).

 

-Родители спрашивают: «Как избежать таких ситуаций и предупредить их?»

 Вопрос очень актуальный. Сейчас возрастает количество детей, которые испытывают трудности в обучении, прежде всего, как для школьников, так и для их родителей и педагогов. Прежде необходимо обращать на нее внимание еще в дошкольном возрасте. Проявляется это в том, что ребенок путает звуки, которые различаются по признакам: звонкие – глухие, твердые – мягкие, по месту образования.  Вследствие этого он не может определить четко, какая буква обозначает тот или иной звук, нарушается процесс звукобуквенного анализа. Путаница в устной речи, кстати, переносится и на письмо.

И тогда мы можем увидеть характерные ошибки: «Суба» вместо «Шуба» и т.д.

Второй тип нарушений можно увидеть в таких ошибках, как «моколо», вместо «молоко». Они наблюдаются в тех случаях, когда ребенок учится читать, не освоив навыков анализа звуко – слогового строения слов и не представляет себе их структуры (количество звуков в словах и их последовательность). Могут наблюдаться и нарушения оптико – пространственных представлений, когда дети не всегда четко определяют «вправо – влево», «верх – низ».

Следовательно, нужно вовремя обращаться к специалисту, который сможет применить необходимые методы и приемы устранения речевых недостатков.

 

-Иногда родители спрашивают, существует ли «возрастная граница», после которой исправить дефекты произношения уже невозможно, или к логопеду можно обращаться в любом возрасте.

 Научить чистому звукопроизношению лучше всего в дошкольном возрасте. В это время человеку еще присуща высокая пластичность мозга. Поставить правильное произношение взрослому также можно. Это даже в какой-то степени легче, чем работать с ребенком. Но вот автоматизировать потом звук в речи очень тяжело. А впрочем, если есть веский стимул, у вас сильная воля и вы способны постоянно строго себя контролировать, то все возможно.

 

Чем опасны минимальные (значит, неболь­шие?) мозговые дисфункции?

—При ММД, прежде всего, следует говорить о ре­чевых расстройствах. Напомню родителям, что у годо­валого ребенка активный словарный запас должен быть в пределах 10-12 простых слов. К 2-м годам ребенок должен владеть простой фразовой речью, строить пред­ложения из 2-3-х слов. В 3 года — знать основные цве­та, геометрические фигуры, родовые понятия (пони­мать, что относится к овощам, фруктам, игрушкам), владеть представлением о больше-меньше. В 4 года здо­ровый ребенок начинает осваивать предлоги (петух сидит на трубе, слетел с трубы, игрушку взяли из ящи­ка).

По статистике, 70-90% детей, посещающих до­школьные учреждения, имеют проблемы с речевым раз­витием — от темповой задержки, нарушения звукопроизношения (дислалии, дизартрии), до моторной алалии, общего недоразвития речи. С каждым годом в детских садах растет потребность в логопедических группах.

Предостерегаю родителей, которые ошибочно счи­тают, что с возрастом все само по себе нормализуется. Ребенок, мол, «израстет», и, вообще, мальчики всегда отстают в развитии от девочек. Еще раз повторю: та­кой подход ошибочен. Ребенок плохо говорил в ран­нем детстве — значит, при освоении письменной речи обнаружатся дисграфия и дислексия.

У 90% учащихся, имеющих школьные проблемы, выявляется синдром дефицита активного внимания и гиперактивного поведения. Эти дети плохо концент­рируются, и через 10-15 минут внимание уже исто­щается; они неусидчивы, постоянно отвлекаются, не успевают за темпом занятий, дома долго делают уроки, крайне несобранны и неорганизованны. У части детей нарушены механизмы памяти: им труден сам процесс запоминания, труден пересказ. В конце концов они ста­новятся «двоечниками», кого-то даже переводят в спец­школу.

У детей с ММД сохранен интеллект, но у них с пери ода новорожденности нарушен процесс созревания выс­ших функций головного мозга, отвечающих за речь, па­мять, мышление, поведение. А по данным допплерогра-фии становится очевидно, что развилась хроническая недостаточность мозгового кровообращения. Расстрой­ство мозгового кровообращения особенно проявляет себя в критические периоды роста: в 3-4 года, в 7-10 и в 12-14 лет — период гормонального созревания. Основ­ными клиническими проявлениями минимальных моз­говых дисфункций являются: задержка речевого разви­тия и другие формы расстройства речи среди детей до шести лет; синдром дефицита активного внимания с ги­перактивностью; в школьном возрасте — дислексия, дисграфия, дискалькулия. Возможны и другие сопутству­ющие нарушения: энурез, навязчивости, ночные страхи, снохождение, нарушения поведения, астенический син­дром, синдром хронической усталости.

Поделитесь в сецсети

Пожалуйста, оставьте свои комментарии

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *